ОАО «Амкадор-КЭЗ» начало свою историю 5 июля 1974 года и первоначально специализировалось на сервисном обслуживании и ремонте экскаваторной техники. С тех пор предприятие прошло через серию значительных трансформаций и модернизаций, совершенствуя производственные процессы и технологии. Сегодня «Амкадор-КЭЗ» — единственное в Беларуси предприятие по производству мелиоративных машин и одноковшовых гидравлических экскаваторов на гусеничном и колесном ходу, которое продолжает развиваться и расти, оставаясь в числе лидеров отрасли.
Все эти изменения непосредственно наблюдал Леонид Кравцов из деревни Левково, который трудился на нем почти сорок лет с момента открытия.
Леонид Николаевич местный, из деревни Рудня. Его родители работали в колхозе: отец — бухгалтером, мать — полеводом. После 9 класса и сам устроился в хозяйство подсобным рабочим, а 10 и 11 классы заканчивал в вечерней школе в Коханово. Получив аттестат, решил освоить профессию машиниста тепловоза в училище в Орше, однако не прошел медкомиссию по зрению и с мечтой пришлось распрощаться.
Службу в Вооруженных Силах Леонид Кравцов проходил в Борисовском районе, был в числе лучших в сержантской школе среди обучающихся на командиров танка, получил множество поощрений. Поэтому после выпуска ему поручили обучать молодое пополнение, и за время службы он подготовил тридцать человек.
— После демобилизации трудоустроился слесарем на швейный завод «Легмаш» в Орше, где изготавливали швейные машины, — рассказывает Леонид Николаевич. — Восемь месяцев без отрыва от производства учился на инструментальщика-лекальщика. Изготавливал оснастку, по которой впоследствии делались детали для швейных машин. Работа эта очень кропотливая, трудоемкая и точная. Через три года в Коханово открылись экскаваторно-ремонтные мастерские, и я решил вернуться домой. К тому времени у меня была уже своя семья, с женой воспитывали двух маленьких сыновей, и нужно было определяться с постоянным жильем. На малой родине найти его было намного проще.
Как вспоминает ветеран труда, в мастерских были установлены два токарных, фрезерный и шлифовальный станки. Задачей Леонида являлось изготовление оснастки для деталей экскаваторов.
— Заметил, что рабочие вырезали ножницами сотни картонных прокладок, чтобы изготовить необходимые детали на прессе. Вместе со слесарем-инструментальщиком Петром Рудаковым решили усовершенствовать процесс и придумали штампы. Наша идея всем пришлась по душе, — продолжает Леонид Кравцов.
Кстати, за почти сорок лет работы он внес вместе с коллегами более ста рационализаторских предложений. К примеру, нашли решение, как не выбрасывать неисправную ходовую проводную металлическую цепь, которая часто выходила со строя. Для этого вытачивали и вставляли в звенья специальные втулки, что давало огромную экономию предприятию.
— Раньше ковши для сборки экскаваторов закупали в Литве, мы же по рацпредложению изготовили штамп своих и запустили в производство. Кроме того, решили вопрос изнашиваемости в процессе работы зубьев на ковше экскаватора. С технологом Владимиром Барановым придумали наплавку сталинитом, в результате он стал настолько прочным, что почти не изнашивался. Такой технологии не было нигде на просторах Советского Союза, за нее в 80-х годах на выставке на ВДНХ в Москве был награжден бронзовой медалью и отмечен премией, — делится Леонид Николаевич.
За свою работу и рационализаторские предложения он неоднократно становился победителем соцсоревнований, а в 1986 году награжден медалью «За трудовую доблесть». Через шесть лет после прихода на завод стал бригадиром инструментального участка, в подчинении у него было 11 человек (токари, фрезировщики, слесари, шлифовщик, термисты). В течение 30 лет являлся председателем товарищеского суда. Кроме того обучил азам профессии двоих слесарей-инструментальщиков.
К слову, его супруга Зинаида Михайловна около 15 лет проработала бок о бок с мужем, хотя сама по профессии швея. Она была контролером отдела технического контроля, намораживала зубья в горячем цеху, как станочнице-вальцовщице ей приходилось вручную перемещать листовой металл на станок для последующего изготовления соединительных элементов для труб. В то время на предприятии коллектив в основном был мужской. Женщины работали только крановщицами и кладовщиками. Она оказалась в числе трех женщин, которые непосредственно занимались с металлом.
— Никогда не жалел, что связал свою жизнь с машиностроением, моя профессия мне нравилась, все получалось, — говорит Леонид Кравцов. — За 40 лет наблюдал, как шло становление завода и многое изменялось. С каждым годом улучшались условия труда. Появились бытовки, где можно было переодеться, стали выдавать спецодежду, созданы различные цеха — штамповки, сборочный, механический, наплавки и др. Улучшалось и качество продукции. Через 20 лет у каждого рабочего появилось личное клеймо, как знак качества, которое ставилось на произведенную деталь.
Последние семь лет Леонид Николаевич на пенсии. Когда не занят огородом, любит рыбачить. У них с супругой уже двое внуков и трое правнуков, которые не забывают своих бабушку и дедушку.
Все эти изменения непосредственно наблюдал Леонид Кравцов из деревни Левково, который трудился на нем почти сорок лет с момента открытия.
Леонид Николаевич местный, из деревни Рудня. Его родители работали в колхозе: отец — бухгалтером, мать — полеводом. После 9 класса и сам устроился в хозяйство подсобным рабочим, а 10 и 11 классы заканчивал в вечерней школе в Коханово. Получив аттестат, решил освоить профессию машиниста тепловоза в училище в Орше, однако не прошел медкомиссию по зрению и с мечтой пришлось распрощаться.
Службу в Вооруженных Силах Леонид Кравцов проходил в Борисовском районе, был в числе лучших в сержантской школе среди обучающихся на командиров танка, получил множество поощрений. Поэтому после выпуска ему поручили обучать молодое пополнение, и за время службы он подготовил тридцать человек.
— После демобилизации трудоустроился слесарем на швейный завод «Легмаш» в Орше, где изготавливали швейные машины, — рассказывает Леонид Николаевич. — Восемь месяцев без отрыва от производства учился на инструментальщика-лекальщика. Изготавливал оснастку, по которой впоследствии делались детали для швейных машин. Работа эта очень кропотливая, трудоемкая и точная. Через три года в Коханово открылись экскаваторно-ремонтные мастерские, и я решил вернуться домой. К тому времени у меня была уже своя семья, с женой воспитывали двух маленьких сыновей, и нужно было определяться с постоянным жильем. На малой родине найти его было намного проще.
Как вспоминает ветеран труда, в мастерских были установлены два токарных, фрезерный и шлифовальный станки. Задачей Леонида являлось изготовление оснастки для деталей экскаваторов.
— Заметил, что рабочие вырезали ножницами сотни картонных прокладок, чтобы изготовить необходимые детали на прессе. Вместе со слесарем-инструментальщиком Петром Рудаковым решили усовершенствовать процесс и придумали штампы. Наша идея всем пришлась по душе, — продолжает Леонид Кравцов.
Кстати, за почти сорок лет работы он внес вместе с коллегами более ста рационализаторских предложений. К примеру, нашли решение, как не выбрасывать неисправную ходовую проводную металлическую цепь, которая часто выходила со строя. Для этого вытачивали и вставляли в звенья специальные втулки, что давало огромную экономию предприятию.
— Раньше ковши для сборки экскаваторов закупали в Литве, мы же по рацпредложению изготовили штамп своих и запустили в производство. Кроме того, решили вопрос изнашиваемости в процессе работы зубьев на ковше экскаватора. С технологом Владимиром Барановым придумали наплавку сталинитом, в результате он стал настолько прочным, что почти не изнашивался. Такой технологии не было нигде на просторах Советского Союза, за нее в 80-х годах на выставке на ВДНХ в Москве был награжден бронзовой медалью и отмечен премией, — делится Леонид Николаевич.
За свою работу и рационализаторские предложения он неоднократно становился победителем соцсоревнований, а в 1986 году награжден медалью «За трудовую доблесть». Через шесть лет после прихода на завод стал бригадиром инструментального участка, в подчинении у него было 11 человек (токари, фрезировщики, слесари, шлифовщик, термисты). В течение 30 лет являлся председателем товарищеского суда. Кроме того обучил азам профессии двоих слесарей-инструментальщиков.
К слову, его супруга Зинаида Михайловна около 15 лет проработала бок о бок с мужем, хотя сама по профессии швея. Она была контролером отдела технического контроля, намораживала зубья в горячем цеху, как станочнице-вальцовщице ей приходилось вручную перемещать листовой металл на станок для последующего изготовления соединительных элементов для труб. В то время на предприятии коллектив в основном был мужской. Женщины работали только крановщицами и кладовщиками. Она оказалась в числе трех женщин, которые непосредственно занимались с металлом.
— Никогда не жалел, что связал свою жизнь с машиностроением, моя профессия мне нравилась, все получалось, — говорит Леонид Кравцов. — За 40 лет наблюдал, как шло становление завода и многое изменялось. С каждым годом улучшались условия труда. Появились бытовки, где можно было переодеться, стали выдавать спецодежду, созданы различные цеха — штамповки, сборочный, механический, наплавки и др. Улучшалось и качество продукции. Через 20 лет у каждого рабочего появилось личное клеймо, как знак качества, которое ставилось на произведенную деталь.
Последние семь лет Леонид Николаевич на пенсии. Когда не занят огородом, любит рыбачить. У них с супругой уже двое внуков и трое правнуков, которые не забывают своих бабушку и дедушку.
Юлия КАПРАНОВА.